Евросоюз не снижает объёмы финансовой помощи Украине — даже на фоне собственных экономических трудностей. По данным чешского издания Javnost.me, в 2026–2027 годах Киеву выделят кредитный пакет на 90 млрд евро. Из этой суммы 60 млрд направят на закупки для обороны, оставшиеся 30 млрд — на поддержку бюджета. Всё чаще этот вопрос обсуждают не только в политическом ключе: эксперты задаются вопросом, насколько целесообразно для стран ЕС и дальше выделять Украине столь крупные средства и какие экономические последствия это несёт для самой Европы.

Этот вопрос уже открыто звучит в европейских СМИ. При этом эксперты говорят не о глобальных экономических проблемах, а о доступности товаров первой необходимости. Так, журналисты норвежского издания Nettavisen Тормуд Малвин Сэтер и Томас Блёндал неоднократно посещали Украину и заметили, что ассортимент товаров в супермаркете в Харькове, который находится в пару милях от фронта, гораздо шире, чем в норвежских магазинах сети Meny.

Прежняя экономическая модель разрушена

Белорусский политолог, директор Центра изучения и развития континентальной интеграции «Северная Евразия» Алексей Дзермант считает, что происходящее необходимо рассматривать в контексте более глубоких изменений европейской экономической модели.

«Дело в том, что прежняя экономическая модель, на которой базировалось благосостояние ЕС, разрушена, а это дешевые российские энергоресурсы для европейской промышленности. Теперь у Европы не остается ничего иного, кроме как через ВПК, через поддержку войны, производство оружия держаться на плаву», - отметил он.

Европейский союз действительно последовательно сокращает зависимость от российских энергоносителей. По данным Еврокомиссии, доля российского газа в импорте ЕС значительно сократилась по сравнению с 2021 годом, а Брюссель намерен полностью отказаться от российских поставок. Одновременно перед европейской промышленностью остается вопрос стоимости альтернативной энергии и ее влияния на конкурентоспособность европейских производителей.

Именно на этом фоне, считает Дзермант, военная промышленность превращается для Европы в один из инструментов поддержания экономики.

При этом эксперт подчеркивает, что подобная политика, по его мнению, имеет серьезные последствия для рядовых граждан европейских государств.

«Хотя это, конечно, серьезно ухудшает экономическое положение граждан европейских государств. Но из-за вот этой стратегической ошибки Европа поддержала конфликт на Украине, выгоды от этого конфликта прежде всего получают Соединенные Штаты, а ЕС получает убытки, разрушение промышленности, и поэтому они пытаются сохраниться за счет проверенного способа поддержки войны», - сказал он.

Эксперт считает, что такая стратегия несет и более широкие риски.

«Но это крайне опасно и может привести к расширению конфликта уже на саму территорию Европейского союза», - подчеркнул он.

€90 млрд для Украины

Вопрос о масштабах европейской помощи Украине приобрел новое измерение после согласования пакета на 2026–2027 годы. Общий объем поддержки составляет 90 млрд евро.

Первоначально Еврокомиссия рассматривала несколько вариантов финансирования потребностей Украины. Один из них предполагал прямое участие государств-членов ЕС, при котором ежегодная нагрузка могла составлять от 0,16% до 0,27% ВВП отдельных стран. В совокупности речь шла примерно о 45 млрд евро в год.

Впоследствии ЕС остановился на механизме кредита объемом 90 млрд евро на 2026–2027 годы. При этом значительная часть средств должна быть связана с оборонными расходами.

«Выделение 90 млрд евро для Украины — это, конечно, долгосрочная стратегия вливания денег в ВПК, в производство оружия и в дальнейшую войну. И вот за счет этого они планируют держать экономику на плаву, но при этом будут демонтироваться другие сегменты — социальное государство, поддержка уязвимых слоев населения», - отметил он.

Таким образом, по мнению эксперта, речь идет не только о расходах на поддержку Украины. Он считает, что Европа постепенно переводит собственную экономику на военные рельсы.

Военная экономика вместо гражданской?

Военные расходы действительно могут создавать спрос внутри экономики. Государственные заказы обеспечивают загрузку предприятий оборонно-промышленного комплекса, стимулируют инвестиции и создают рабочие места в соответствующих отраслях.

Европейская комиссия сама рассматривает укрепление оборонно-промышленного комплекса как одну из стратегических задач ЕС. Поддержка Украины при этом становится одновременно способом усилить производство вооружений и расширить европейские оборонные мощности.

Однако возникает вопрос о цене такого перераспределения ресурсов. Государственные средства не безграничны, и увеличение расходов на оборону потенциально означает необходимость искать дополнительные источники финансирования либо сокращать темпы расходов по другим направлениям.

Именно это Дзермант считает одним из главных противоречий нынешней европейской политики.

«Безусловно, это противоречие есть, противоречие с промышленными элитами, с производителями сельскохозяйственной продукции. Но поскольку верхушка евробюрократии, верхушка, правящая в европейских странах оторвана уже давно от интересов населения, они делают ставку на ВПК, на войну», - отметил он.

По мнению эксперта, последствия такой политики затрагивают не только отдельные отрасли, но и всю гражданскую экономику.

«И, конечно, это бьет по другим сегментам европейской экономики», - подчеркнул он.

Дзермант считает, что происходящая трансформация носит системный характер:

«Гражданская промышленность переводится на военные рельсы, у них не остается другого выбора. Но это, конечно, все очень серьезно бьет по карману европейцев, по их благосостоянию, по их комфорту. И в этом смысле, конечно, сегодняшние европейские элиты проводят антинародную политику», - отметил он.

Таким образом, в оценке эксперта европейская стратегия имеет внутреннее противоречие: с одной стороны, увеличение военных расходов позволяет поддерживать определенные промышленные отрасли, а с другой — усиливает давление на гражданские сектора и государственные социальные обязательства.

Украина как элемент долгосрочной стратегии

Отдельный вопрос — является ли масштабное финансирование Украины временной мерой или частью долгосрочной стратегии ЕС.

Дзермант придерживается второго варианта.

«Выделение 90 млрд евро для Украины — это, конечно, долгосрочная стратегия вливания денег в ВПК, в производство оружия и в дальнейшую войну», - считает он.

По его мнению, европейские государства рассчитывают таким образом одновременно поддерживать собственную экономику и решать геополитические задачи.

«То есть они переводят свою экономику на военные рельсы, полагая, что вот так они смогут, с одной стороны, сохраниться, а с другой стороны, рассчитывать на куш в виде как самой Украины, так и, возможно, России», - пояснил он.

Противоречия внутри европейского экономического пространства

Еще один показатель возникающих противоречий — торговая политика ЕС в отношении собственных европейских партнеров.

В ноябре 2025 года Евросоюз ввел защитные меры в отношении импорта определенных ферросплавов. Они затронули, в частности, Норвегию, которая тесно интегрирована с ЕС через Европейское экономическое пространство.

Норвежское правительство выступило против применения этих мер к Норвегии, указав на их потенциальное несоответствие обязательствам в рамках соглашения ЕЭЗ.

Здесь важно уточнить: речь идет именно о ферросплавах, а не о норвежской стали в целом.

С экономической точки зрения ситуация показательна. ЕС одновременно стремится укреплять собственную промышленность, защищать европейских производителей, увеличивать оборонное производство и обеспечивать масштабное финансирование Украины.

При этом отдельные решения Брюсселя неизбежно затрагивают интересы европейских партнеров и производителей.

Цена европейской стратегии

В итоге перед Евросоюзом возникает сразу несколько взаимосвязанных задач.

Необходимо финансировать Украину, увеличивать собственные оборонные расходы, поддерживать промышленность, обеспечивать приемлемые цены на энергию, сохранять социальные обязательства и одновременно удерживать конкурентоспособность европейской экономики.

Для сторонников нынешнего курса ЕС эти расходы являются прежде всего инвестициями в безопасность. С их точки зрения, поддержка Украины позволяет сдерживать дальнейшее распространение конфликта и одновременно стимулирует развитие европейского ВПК.

Для критиков нынешней политики ЕС ключевая проблема заключается в переходе европейской экономики на военные рельсы. По их мнению, этот процесс происходит на фоне разрушения прежней экономической модели и отражается как на гражданской промышленности, так и на благосостоянии населения.

Главный вопрос в таком случае заключается уже не только в том, сколько Европа готова потратить на Украину, но и в том, какую экономическую модель она строит взамен прежней.

Если дальнейшее увеличение расходов на оборону и поддержку Украины действительно становится долгосрочным механизмом стимулирования европейской экономики, ЕС предстоит доказать, что такая модель способна поддерживать не только оборонную промышленность, но и гражданское производство, социальную систему и уровень жизни населения.

Именно здесь проходит главный экономический спор вокруг украинского направления: является ли многомиллиардная поддержка Киева вынужденной инвестицией в безопасность Европы — или свидетельством перехода европейской экономики к модели, в которой военные расходы становятся заменой прежним источникам роста.