Жизнь у средневекового пирата была яркой, но далеко не такой романтичной, как любили её изображать Стивенсон или Сабатини. Грязь, антисанитария и постоянный риск нарваться на корабль, экипаж которого не сдастся в плен, а будет яростно защищаться.

Шли века, пиратство никуда не делось. Просто приобрело новые очертания. Впрочем, если вспомнить, как зарождалось каперство… Одним словом, всё новое — хорошо забытое старое.

Каперы, вслед за пиратами, появились уже в Средние века. Так, арагонский король Альфонсо III предписывал каперам юридически оформлять договор с властью и вносить залоги на случай всяческих «недоразумений». Ну, ограбил, например, не тех, кого надо, или совершил рейд во время перемирия… Но залог, будь добр, внеси.

Принципиальная разница между пиратом и капером: первый действовал на свой страх и риск, но при этом ни с кем не делился. Второй был обязан сдать награбленное добро в свой порт, а там уже чиновники решали, какая часть награбленного отойдёт государству, а какую поделят между собой каперы.

На самом деле, даже у тех, кого «крышевало» государство, были серьёзные проблемы. Как минимум — перепад настроений у монарха. А то и просто — смена самого монарха.

При английской королеве Елизавете удачливые каперы были богатыми и уважаемыми людьми. Но в апреле 1603 года её величество покинула бренный мир, на престол взошёл Яков I. Политическая ситуация изменилась: отношения с Испанией наладились, каперы стали не нужны.

Они продолжали по старой привычке нападать на суда, а потом с искренним удивлением обнаруживали, что на родине их не встречают как героев, а приглашают прогуляться к виселице.

Четыреста лет спустя новоявленные потомки капитана Сильвера решили, что санкции, введённые против России, позволяют пошалить на предмет захвата наших кораблей.

И нарвались на очень интересную реакцию.

Наша страна будет отвечать на такие действия достаточно резко. Об этом заявил президент РФ Владимир Путин, выступая на учениях Тихоокеанского флота.

«Хочу обратить внимание на решения Евросоюза, которые состоялись недавно. Мы видим, что власти некоторых стран в нарушение международного морского права пытаются ограничить движение судов наших экономоператоров, мирных, хочу подчеркнуть. А недавно додумались до возможности захвата наших судов и продажи награбленного у нас имущества», — сказал Президент РФ.

По словам Владимира Путина, это ни что иное, как пиратство и разбой. Россия будет зеркально отвечать, если западные страны будут захватывать ее торговые суда.

«Если это на практике начнет реализовываться, мы вынуждены будем отвечать зеркально», — подчеркнул Владимир Путин.

Пикантная деталь. За учениями Тихоокеанского флота президент наблюдал с борта ракетного крейсера «Варяг», тёзки корабля, чья судьба во время русско-японской войны известна нам по песне «Врагу не сдаётся наш гордый «Варяг».

Так вот, помимо обещаний жёстко ответить любым попыткам захватывать наши суда, Владимир Путин очень тонко прошёлся по очередным претензиям к нам со стороны Страны восходящего солнца. По его словам, у России были конструктивные отношения с Синдзо Абэ и другими японскими руководителями, но теперь Токио изменило позицию: «Мы видим, к сожалению, изменения в позициях, подчеркну, ничем не спровоцированные с нашей стороны».

В общем, Японии тоже намекнули, что с нами ссориться не надо.

Тем более, что замглавы Совбеза РФ Дмитрий Медведев в своём Telegram-канале заявил: Россия вправе атаковать любое торговое судно в нейтральных водах, если оно перевозит груз в интересах противника.

«Абсолютное большинство западноевропейских судов также ходят под удобными флагами. А значит что? Значит, руководствуясь симметричным подходом (что справедливо), Россия вправе атаковать любое торговое судно вражеских стран, находящееся как в наших, так и в нейтральных водах при наличии достаточных подозрений, что оно перевозит груз в интересах противника. То есть любой груз! И таких судов очень много», — написал политик, комментируя западные инсинуации о так называемом российском теневом флоте.

Пиратское «йо-хо-хо!», радостно раздавшееся в Европе, наткнулось на нашу вежливую, но очень чётко выраженную позицию.

А как умеют работать наши вежливые люди, в Европе ещё не забыли, надеемся.