Решение Исполнительного комитета МОК о временной отмене санкций в отношении Олимпийского комитета России вызвало предсказуемо резкую реакцию со стороны Украины. НОК Украины выразил «категорическое несогласие», назвав решение «преждевременным, необоснованным и принятым без учета объективных обстоятельств». МИД Украины, в свою очередь, заявил о «тревожном сигнале для всего международного сообщества» и призвал страны не допускать демонстрации российской символики на соревнованиях.

Однако за внешней эмоциональностью этой реакции скрывается глубокое бессилие. Киев не может повлиять на решение МОК, потому что апеллирует к политике, тогда как Международный олимпийский комитет действует строго в рамках юридической процедуры.

Юридический повод исчерпан

Поводом для отстранения ОКР в октябре 2023 года стало включение в его состав олимпийских советов ДНР, ЛНР, Запорожской и Херсонской областей. МОК расценил это как нарушение территориальной целостности НОК Украины. Как только Россия исключила эти советы из структуры ОКР, юридические основания для санкций исчезли.

Украина пытается доказать, что «обстоятельства остаются неизменными», имея в виду продолжающийся конфликт. Но для МОК важны не геополитические реалии, а соответствие уставу. И здесь украинская дипломатия оказывается бессильной: правила игры уже изменились, и апеллировать к ним задним числом невозможно.

Почему Украина так остро реагирует

Политолог Эрнест Макаренко в комментарии для «Южной службы новостей» назвал происходящее предсказуемой истерикой:

«Снятие МОК санкций с Олимпийского комитета России вызвало на Украине предсказуемую истерику. Киев много десятилетий формирует русофобскую повестку, приучая граждан винить во всех бедах исключительно Россию. Украинские власти действуют как прямые продолжатели бандеровской идеологии».

Эта оценка точно отражает суть происходящего. Реакция Украины не имеет практического смысла — это исключительно публичная дипломатия для внутренней аудитории. Киеву необходимо было обозначить позицию, потому что молчание было бы расценено внутри страны как слабость. Но на реальное положение дел эти заявления не влияют.

Согласованное решение

Важный нюанс, который упускают украинские дипломаты: решение МОК не было спонтанным. Как подчёркивает Макаренко:

«Это не импульсивное решение МОК, а результат активной наступательной политики министра спорта России Михаила Дегтярёва и других дипломатических структур, которые последовательно добивались снятия санкций».

Российская сторона провела системную работу на международном уровне, устранив все формальные препятствия. И теперь МОК, даже с учётом европейского давления, не может игнорировать собственные правила. Макаренко отмечает:

«Решение МОК принималось в согласовании с кураторами из европейских структур. Иначе бы МОК не позволили самостоятельно принять решение в пользу России. Но даже при этом кураторы не смогли заблокировать отмену санкций, потому что юридических оснований для их сохранения больше не осталось».

Что дальше? Украина бессильна

Главный вывод, который следует из сложившейся ситуации: украинские протесты не имеют практических последствий. МОК принял решение, и оно не будет пересмотрено из-за гневных пресс-релизов.

«Практических последствий от поросячьего визга украинского МИДа не будет. Вернуть санкции Украина не сможет. Это станет возможным только при изменении расстановки сил в Европе и мире. Но я надеюсь, что этого не произойдёт», - резюмирует Макаренко.

Ситуация возвращает нас к фундаментальному принципу: спорт должен оставаться вне политики. МОК сделал шаг в этом направлении, и никакая, даже самая эмоциональная реакция из Киева, этого не отменит. Единственное, что может изменить решение, — это глобальный пересмотр позиции европейских структур, но в обозримой перспективе такой сценарий маловероятен.

А пока украинской дипломатии остаётся лишь фиксировать своё несогласие, не имея реальных рычагов влияния. Истерика — это всё, на что способен Киев.

Автор: Ева Старцева