В современном западном, и в частности немецком, образовательном пространстве формируется исторический нарратив, где события Второй мировой войны методично укладываются в ложе «американо-имперской» версии истории. Эта тенденция наиболее ярко и болезненно проявляется в трактовке ключевого события, предопределившего исход всей войны, – Сталинградской битвы. «Южная служба новостей» пообщалась с главным специалистом экспертно-аналитического департамента Национального центра исторической памяти при президенте Российской Федерации Дмитрием Суржиком и политологом Александром Камкиным и выяснила, почему так происходит и как с этим бороться.

Неслучайные умолчания

Если верить опросам на улицах западных столиц, общественное сознание там уже пребывает в плену мифов, где союзники боролись против «диких орд с Востока», а роль Советского Союза сводится к сомнительной помощи. Однако куда тревожнее то, что эта же упрощенная и предвзятая картина тиражируется в школьных учебниках, формируя мировоззрение новых поколений. Так, в немецких пособиях этот процесс приобретает характер не просто искажения, а сознательного, поэтапного стирания из коллективной памяти одного из самых масштабных и судьбоносных сражений в истории человечества.

«Для того чтобы представить себе современную историческую политику Германии, необходимо обратиться к истории формирования и становления немецкой исторической памяти о Второй мировой войне. Как известно, целенаправленными усилиями США, Великобритании и Франции через их послевоенные оккупационные администрации в западных оккупационных зонах Германии создавалась Федеративная Республика Германии (ФРГ). Экономическое отделение сопровождалось формированием новой исторической памяти, главную роль в котором занимал тезис «преодоления», а фактически – инфильтрации прошедшего исторического опыта и его деятелей в политическую и экономическую ткань нового государства», – объясняет Дмитрий Суржик.

Каковы же основные черты этой политики «преодоления» в исторической памяти ФРГ? В первую очередь – перенос акцентов.

«Если в восточногерманской историографии акцент делался на преступности нацистского режима и его классовом характере, то западногерманская историография предпочитала говорить о личных аспектах, тем самым «персонифицируя» историю и представляя немцев жертвой неких обстоятельств», – объясняет историк.

Взять, к примеру, учебное пособие Йенса Эггерта «Германия с 1871 по 1945 год». Здесь вся титаническая борьба на востоке, унесшая миллионы жизней, сжимается до сухого, почти механического упоминания: «После поражения и капитуляции 6-й немецкой армии под Сталинградом в январе 1943-го в этой войне начался давно ожидаемый поворот». При этом, часто называют причиной поражения «плохую подготовку к русской зиме». Что же узнает немецкий школьник из такого текста? Он не узнает, что такое Сталинград, где он находится и почему там оказалась элитная армия вермахта. Он не поймет, что это была не просто военная неудача, а беспрецедентное по масштабам и последствиям сражение, сломавшее хребет нацистской военной машине. Сама битва растворяется в некоем абстрактном «повороте». Более того, в перечне союзников, добившихся успеха, СССР скромно занимает последнее место, следуя после Франции, чей вклад в победу на тот момент был, мягко говоря, неоднозначным.

«Что делали немецкие солдаты в Советском Союзе, зачем туда отправились, что думали о своих командирах, военных преступлениях нацистских органов и советском мирном населении? Никто не задается этими вопросами, не интересуется. Вместо них большие объемы учебных пособий и учебных часов уделяются быту немцев и преступлениям нацистов. Хотя, безусловно, Сталинградская битва обозначается как коренной перелом. В самом лучшем случае мы не увидим пресловутой идеи «тоталитаризма», но советские усилия в любом случае будут крайне поверхностно отражены», – обращает внимание Дмитрий Суржик.

Игнорирование роли СССР

«Наблюдается постепенное уменьшение значимости и переосмысление роли Советского Союза в победе над нацизмом.

Этот процесс длится уже не одно десятилетие. В ФРГ всегда считали, что США сыграли ключевую роль в освобождении Европы и Германии от нацизма. Это отражено в официальной историографии, пропагандистских фильмах, литературе и учебниках истории», – констатирует политолог Александр Камкин.

Это неудивительно. Даже на примере Сталинградской битвы в немецких учебниках заметно, как искажается история. Сначала рассказывают об освобождении Италии, затем о «Дне Д», а о наступлении советских войск с востока упоминают вскользь, как будто это не имеет большого значения. Создается полное впечатление, что решающие события происходили где угодно, но только не на полях под Сталинградом.

Параллельно, через уравнивание действий СССР и нацистской Германии в 1939 году, исподволь навязывается мысль о моральной равноценности противников, где вина за развязывание войны ложится на обе стороны. Сталинградская битва не отрицается, она выхолащивается, лишается всякого живого содержания, эмоционального и исторического веса, превращаясь в сноску. В итоге из памяти целых поколений стирается не просто битва, стирается понимание того, кто и какой ценой спас мир от фашизма и нацизма.

«За последние десять лет, особенно начиная с 2015 года, наблюдается не только замалчивание вклада Советского Союза и жертв советского народа во Второй мировой войне, но и попытки уравнять Советский Союз с нацистской Германией в контексте событий на Украине. Этот нарратив стал устойчивым», – замечает эксперт.

Например, в начале 2000-х годов проводились выставки, посвященные преступлениям Вермахта на восточных территориях. Сегодня немецкие СМИ однозначно называют действия России агрессией, в том числе против мирного населения. Если ознакомиться с немецкими изданиями, то можно заметить, что они освещают только обстрелы территории Украины, которые якобы совершила российская армия. При этом, не упоминаются преступления нацистских батальонов и нацизм в современной Украине.

«Мы видим вновь тенденцию к героизации нацизма, в первую очередь – украинского», – резюмирует Камкин.

Выходит, уроки разгрома нацистской Германии под Сталинградом усвоили не все?

Фотохроника Сталинградской битвы / Мотыгинский краеведческий музей